Молитва от греховных мыслей

Содержание

Поскольку многие по наветам врага угнетаются и смущаются злыми мыслями, особенно же хульными, то полезно, чтобы мы познали их и поняли, когда они являются грехом и когда нет, и чтобы научились, как врачевать их и как отгонять их от себя.

Мысли, смущающие нас, бывают троякие: мысли нечистые, мысли неверия и мысли хульные. При смущении такими мыслями врачевство состоит в следующем.

Необходимо уразуметь, что в злых мыслях нет никакого греха, когда воля и разум человеческий им не соизволяют, особенно же когда ненавидят и не хотят их. Но когда разум и воля человеческие добровольно услаждаются ими и, благоволя им, удерживают их в сердце своем, тогда те же мысли являются смертным грехом.

А поскольку смущаемый таковыми помыслами и не благоволящий им мятется, думая, что он согрешает, то необходимо сказать, что он только прельщается дьяволом по своему малодушию и по неведению разницы между помышлением и соизволением. Ибо когда мы помышляем, мы еще не соизволяем, и только тогда есть соизволение, когда мы любим злые мысли, услаждаемся ими и желаем их усердно, приумножая их в нашем уме.

Если же мы их ненавидим и не хотим их, но сами они идут к нам в ум, хотя мы отвращаемся от них, тогда имеется верный признак того, что нет нашего соизволения на них и нет нужды смущаться из-за них в своей совести. Ибо тем большую мзду мы воспримем от Бога, чем сильнее они угнетают нас, а мы терпим, не соизволяя на них.

У многих появляются неверные и хульные мысли о Боге, о Пречистой Богородице или Божиих святых. Так, бывает, что когда кто воззрит на Тайны Христовы, тотчас нападают на него, подобно темному облаку, хульные мысли, хотя бы он и не хотел их. О таковых злых помышлениях, приходящих к нам без воли нашей, нужно не беспокоиться, считать их за ничто и презирать их, как будто их совсем не было, и не возбуждаться ими до скорби.

Ибо то самое и утешит врага нашего, дьявола, когда он увидит нас скорбящими об этом, смущающимися и сомневающимися, и тогда он наведет на нас еще больше мыслей, смущающих нашу совесть. Но когда он увидит, что мы презираем хульные мысли, не радеем о них, когда увидит, что мы не скорбим и не печалимся, тогда посрамленный дьявол убежит от нас, а мы пребудем в покое и без смущения. Главное – нужно только не соизволять.

Молитва от греховных мыслей

Но некоторые думают, что, помышляя подобное, они и соизволили, и о том болезнуют. Это одно малодушие. Ведь уже то явно показывает безгрешие и несоизволение, что они болезнуют и печалятся, ненавидя наносимые дьяволом злые мысли. Ведь дьявол, пытаясь всяческими кознями оскорбить нас, между прочим и тем старается причинить нам печаль, что влагает в наш ум хульные мысли на Бога или на святых Его или на Божественные Тайны. Но он нисколько не преуспеет, если мы пренебрежем им и отринем от себя смущение, нисколько не печалясь о его наветах.

Что успели те два скверных старца, о которых пишет пророк Даниил и которые восстали на чистую Сусанну, желая осквернить ее? Ничего они не успели, ибо пренебрегла ими Сусанна и не соизволяла их скверному намерению. Точно так же нисколько не преуспеют и помыслы хульные и скверные, если не соизволяем и пренебрегаем ими, как и Сусанна нечистыми старцами.

6.1. КОГДА ЗАКАНЧИВАЕТСЯ БЕЗГРЕШИЕ»

Появление мыслей (помыслов, помышлений) далеко не всегда подконтрольно человеку. Поэтому плохие мысли, если они не задерживаются в сознании человека и не действуют негативно на его поведение, не ставятся в грех.

Преп. Антоний говорит:

О помышлениях же ваших святой Давид в книге псаломстей пишет так«: весть Господь помышления человеческая, яко суть суетна» (Пс. 93, 11). А посему и за грех не ставьте их, о чем я лично вам говаривал, но вы привыкли безпокоиться по-пустому [2, т.2, с. 67].

Мимолетный помысел не создает вины, так как его возможность вытекает из обычных условий нашего мышления. Мы опытно знаем, что не способны заранее оградить себя от нежелательных мыслей, но и не связаны необходимостью одобрять и принимать любую мысль. Скоротечные и быстро забываемые плохие мысли, не повлекшие никаких последствий – суетны. Они безрезультатны, и потому беспокоиться о них означает беспокоиться попусту.

Тем не менее, было бы серьезной ошибкой полагать, что помыслы вообще не несут никакой угрозы человеку. Опасность – в поддержке помысла своей волей, которая дает возможность помыслу укорениться в сознании, набрать силу желания и превратиться в действия.

Поэтому старцы четко различают две ситуации. Первая – когда человек безгрешен, хотя бы и ему пришла на ум плохая мысль, но не укоренилась и миновала без последствий для самого человека или для другого. Вторая – когда плохая мысль не исчезла, но стала набирать силу и влечь человека к дурным поступкам. Здесь уже наступает ответственность человека за принятие помысла и согласие с ним. Соответственно, возникает задача охранения своей души от таких помыслов.

Преп. Варсонофий говорит:

Охранять свою душу от помыслов – это трудное дело, значение которого даже непонятно людям мирским. Нередко говорят: зачем охранять душу от помыслов? Ну, пришла мысль и ушла, чего же бороться с нею? Очень они ошибаются. Мысль не просто приходит и уходит. Иная мысль может погубить душу человека, иной помысл заставляет человека вовсе повернуть на жизненном пути и пойти совсем в другом направлении, чем он раньше шел. Святые отцы говорят, что помыслы есть от Бога, помыслы от себя, т.е. от своего естества, и помыслы от бесов. Для того, чтобы различать, откуда приходят помыслы, внушаются ли они Богом, или враждебной силой, или происходят от естества, требуется великая мудрость [2, т.2, с. 69].

Отсюда мы действительно видим, что наши мысли отнюдь не всегда исходят от нас самих и потому нам неподконтрольны. Наличие трех источников помыслов должно подразумевать и три вида отношения к помыслам.

Мысли от Бога всегда важны, истинны и спасительны. Нам важно учиться распознавать их, всецело принимать и стремиться по ним выстраивать всю свою жизнь. Это бывает непросто. Как мы знаем из притчи Спасителя о сеятеле, слово Божие, к сожалению, может и утрачиваться нами. Бог не принуждает нас к выполнению Своей воли, но ждет от нас добровольного ее принятия. Поэтому наше нерадение может приводить и к отпадению от воли Божией. Преодолевать такое нерадение мы можем через опыт мышления, направленного на распознавание мыслей от Бога и их закрепление в сознании.

Помыслы от себя (от своего естества) столь же естественны, сколь необходимы. Как разумные существа мы, естественно, не можем жить без своих мыслей. Наше мышление в некотором смысле свободно: мы сами избираем предмет своих размышлений, делаем выводы из осмысленного и руководствуемся этими выводами в жизни. Но при этом должны не забывать, что ограниченность личного опыта, знаний и самой способности к мышлению может приводить к ошибкам или неточностям, которые становятся помехой на жизненном пути. В силу этого мы должны соотносить наши помыслы со Священным Писанием и Преданием (в том числе и поучениями старцев). Это позволяет существенно снизить риск серьезных ошибок.

Помыслы от бесов разрушительны и несут серьезную опасность для людей. Они противоположны тому, что человек получает от Бога или законно (в согласии с заповедями и при помощи Божией) вырабатывает сам. Конечная цель таких помыслов – погубить человека, и поэтому учение старцев о помыслах в основном и предназначено для успешного противостояния этой угрозе со стороны врага. Говоря кратко, старцы наставляют правильному мышлению и правильным мыслям. Это правильное мышление вполне реализуется тогда, когда человек полностью очищается от бесовских помыслов и всецело принимает мысли от Бога, что и создает настоящую возможность для свободной и праведной мыслительной деятельности.

Из книги «Мир с Богом человеку». Часть III, глава 5

Необходимо знать, что хульные помыслы происходят не от человека, но наносятся исключительно дьяволом, и человеку надлежит побеждать их презрением, считая их за ничто, как бы за некие призрачные страшилища, а не за какие-то истинные бедствия. Человеку можно утешать себя примерами святых, ибо многие святые терпели такие скверные хуления, однако же они не были лишены святости и не были отторгнуты от благодати Господней.

Так и всякий человек, терпя такие же страдания, не должен ни малодушествовать, ни скорбеть, ибо он не соизволяет на них. И хотя бы кому и казалось, что он соизволяет, но если сам в себе он уверен, что ненавидит и не хочет злых мыслей, следовательно, нет соизволения, и пусть он будет вполне беспечален. Пусть не скорбит человек об угнетающих его хульных мыслях, ибо если он восскорбит, то возрадуется о нем враг его, дьявол, который с тем намерением и наносит человеку хульные мысли, чтобы ими его опечалить и смутить. И когда увидит дьявол человека смущенным и опечаленным, тогда радуется, а если человек презирает те хульные мысли, не печалится о них и даже смеется над ними, тогда посрамленный дьявол убегает.

Итак, не следует человеку смущаться и отчаиваться в том, что на него находят помышления хульные, ибо за это терпение его ожидает венец.

Вопрос. От чего рождаются хульные помыслы?

Ответ. «От гордости, – говорит Лествичник. – В гордых сердцах рождаются хульные помыслы, во смиренных же душах – небесные видения».

Существуют такие, которые, внимая находящим на них хульным помышлениям, безмерно смущаются и так сильно мучаются печалями, как будто они Богом оставлены, и из-за хульных помыслов считают себя худшими всех язычников. Но блуждают невежды, как слепые, ибо нет греха в тех мыслях, которых не хочешь и не соизволяешь. И зачем скорбишь о них? Разве не слышишь Господа своего, говорящего в псалмах: «С ним Я в скорби» (Пс.90, 15)? Какими бы образами враг ни искушал тебя, но если ты не соизволяешь наущению его, шепчущего в твоем уме, и отвращаешься от него, то Господь посреди сердца твоего.

Несоизволение же твое познавай из того, что ты не любишь нападающих на тебя в уме хульных мыслей, не желаешь их, не усердствуешь в них, но всеми силами души ненавидишь их. Из этого ты и убеждайся, что нисколько не соизволяешь им. Когда же найдут на тебя хульные мысли, ты отнесись к ним, как к малым псам, которые лают, но вредить не могут. Блаженный Августин говорит, что дьявол может лаять, но не может кусать, и только того кусает, кто соизволяет его лаянию.

Как человек, идущий по пути против праха, возметаемого ветром, смежив очи свои, сохраняет их без вреда, так пребывает неповрежденным и тот, кто свои внутренние очи смежает, защищаясь от хульных помыслов, и не печалится о них.

В отношении хульных помыслов следует заметить, что враг внушает нам хулу на кого-либо в надежде, что эту хулу мы повторим. Это нельзя делать ни мысленно, ни тем более вслух. Преп. Амвросий предостерегает:

Знай, что хулу, внушаемую врагом на кого либо, вполне повторить грешно, и вредно, и оскорбительно [2, т.2, с. 88].

Здесь мы подошли к теме ответственности человека. До сих пор речь преимущественно шла о действиях врага, который инициирует помыслы, и непричастности человека к созданию помыслов. Человек должен в силу данной непричастности учиться не смущаться и не бояться помыслов. Однако если человек соглашается с помыслом, например повторяет хулу на другого человека в разговоре, то становится виновным в грехе.

Преп. Никон дает подробное наставление на этот счет:

… Враг рода человеческого не дремлет, ему хочется запнуть стопы человека, сбить его с дороги. Он борет человека всевозможными способами и средствами, он возбуждает мысленную брань, то есть борьбу с грехом в мыслях человека, с целью ввергнуть человека в грех и делом. Тяжела эта борьба. Доводит она иногда человека до уныния и разслабления, даже до согласия на грех.

И вот это согласие на грех уже погрешительно перед Богом. И в нем нужно каяться. Но если удержался человек, не впал в грех самым делом, то, значит, не запнулись стопы его, не споткнулся он. Но лишь человек выпустит веления закона Божия из памяти своей и из чувства сердца своего, грех прельщает его, и он падает, запинаются стопы его, он сбивается с дороги, греша уже не мысленно только, но и делом (т.2, с. 77).

Враг вызывает мысленную брань в человеке, т.е. ситуацию, когда человек вынужден бороться с проникновением и углублением греховного прилога в душу человека через сочетание и сосложение. Цель врага – сделать эту борьбу настолько тяжелой для человека, чтобы он впал в уныние и безволие, и в конце концов согласился на грех.

Согласие на грех, т.е. готовность согрешить не в мыслях только, но и на деле, уже погрешительно перед Богом. В мысленной брани мы не должны сдаваться, уступать давлению врага и выполнять его злую волю. Только терпеливое несение тяготы этой борьбы, отказ подчиняться врагу оставляет нас без греха. Старец указывает, каким оружием мы можем отразить врага. Это «веления закона Божия в памяти своей и в чувстве сердца своего». Стоит нам забыть о заповедях или охладеть к ним, грех нас прельщает и мы не можем одолеть его. И только наше покаяние и помощь Божия восстанавливают нашу способность бороться с грехом. Без покаяния сила Божия нас оставляет, как о том и говорит преп. Никон :

Согласие с помыслами греха есть общение с врагом, отсюда отступление от нас силы Божией и помощи [2, т.2, с. 70].

Как видно из поучения, Бог не наблюдает безучастно за мысленной бранью. В одних случаях Он использует Свою силу и помогает человеку, в других – оставляет человека. Знание почему так происходит важно, и преп. Никон поясняет:

Господь ждет: куда склонится наше сердце – сохранит верность Ему или предаст Его из-за временной слабости греха.

Сказали святые отцы: «отсеки помысл – отсечешь и все». Очень важно помнить, что всяким согласием с грехом, а через грех и с бесами, мы предаем Господа, предаем Его за мерзостную цену греха. Кого и на что мы промениваем?! Личное несогласие на грех и борьба против него молитвою и исповедью – необходимы [2, т.2, с. 78].

Предлагаем ознакомиться:  Голубой камень: драгоценный, полудрагоценный, поделочный

Отсечение помысла – вот цель, которую человеку необходимо ставить в мысленной брани. Отсекается помысл – отсекается все, в том числе делается невозможным согласие с грехом. Сопротивление бесов, насаждающих помыслы, должно преодолеваться усилием, борьбой, в которых главную роль играют молитва и исповедь. В этом случае человек сохраняет верность Господу и получает от Него помощь.

Позиция Бога – ключевой элемент учения старцев о помыслах. Хотя помыслы инициируются врагом, а человек вынужден от них защищаться, Бог попускает помыслы в наказание нам за гордость и ее плоды: высокоумие и т.д.

Преп. Лев показывает это соотношение между действием врага, нашей гордостью и попущением Божиим:

…Вы получили некоторое спокойствие по прибытии от нас, чему завидуя, злокозненный враг вооружился против вас и смущает различными помыслами, представляя будто бы благословные причины, стараясь оными поколебать основание, на коем вы, при помощи Божией, желали созидать здание добродетели и благоугождать Господу. Вторая причина, что вы, желая угодить Богу, хотите скоро взойти на высоту добродетелей и мните это возможным от вас, что ясно доказывает в вас духовную гордость (в чем вы и сами себя сознаете), что, не находя деятельных плодов добра, которыми могли похвалиться, самое редкое желание добра служит ей (гордости) пищею. Эта причина доставляет удобный приступ врагу к сильному на вас нападению попущением Божиим. Вот вам две главные причины вашего смущения и безпокойства…[2, т.2, с. 71].

Старец говорит о том, что завистливый враг, не переносящий в нас спокойствия и намерения быть добродетельными, приступает к мысленной атаке, чтобы лишить нас всего этого. Казалось бы, Господь должен защитить нас в этот момент. Но вместо защиты Бог попускает атаку врага… почему? Для того, чтобы мы увидели уязвимое место в устроении наших душ. Бесы горды и противны Господу, но и мы горды, если мним возможным для себя взойти на высоту добродетелей и услаждаемся мыслью об этом. Эта печальная смычка с врагом через гордость и приводит к тому, что Бог через попущение мысленной брани дает возможность нам понять, с кем мы общаемся и солидаризируемся… .

Попираемые врагами, мы каемся и просим Господа о помощи. В покаянии гордость отвергается, за основу поведения избирается смирение, и Бог, видя эту угодную Ему перемену в нас, посылает нам избавление от помыслов.

Преп. Макарий исчерпывающе раскрывает данную ситуацию:

Святые отцы вообще хульные мысли почитают не нашими, а вражиими прилогами, и когда мы с ними не соглашаемся, но и скорбим о том, что они к нам на ум лезут, то это и есть знак нашей в оных невинности. Отнюдь не надо смущаться о том, что они приходят. Ибо если человек смущается, то враг более на него возстанет, а когда не внимает оным, ни во что вменяет и за грех не считает, тогда и помыслы исчезают. О сем ясно пишет святитель Димитрий Ростовский в «Духовном врачевстве».

Но помыслы сии хотя не суть грех, но попущением Божиим находят от врага за возношение наше, за мнение о себе или о своих исправлениях и за осуждение ближних. Когда человек, познав в этом свои грехи, смирится и не станет осуждать других, а принесет о сем покаяние, то получает от них освобождение…[2, т.2, с. 84].

Два аспекта борьбы с помыслами называет старец. Во-первых, не поддаваться уловкам врага, не смущаться и его грехи не принимать за свои. Во-вторых, исправлять свои недостатки, особенно гордость, заменяя их на смирение, от чего человек получает избавление от помыслов. Без второго первое не дает полного решения. Если только преуспеваем в том, что не смущаемся помыслами, но не смиряемся, помыслы регулярно возникают. Правда, они часто не вызывают тех неприятных последствий, бываемых при смущении, но своим фактом все же сигнализируют нам о наших нерешенных проблемах.

В общем, надо хорошо понимать возникающую в мысленной брани ситуацию и следовать советам старцев, в частности, советам преп. Амвросия:

Особенно не тревожься хульными помыслами, которые явно происходят от зависти вражией. Со стороны же человека поводом к оным бывает или горделивое самомнение, или осуждение других. Поэтому в нашествии хульных помыслов прежде всего укоряй себя за осуждение других и гордое мнение, за настоящее или прошедшее, нисколько не безпокоясь тем, что слышим неизреченные хулы вражии. А благовременно иногда произноси против оных слова святого Иоанна Лествичника: «иди за мною, сатано! Господу Богу моему поклонюся и Тому Единому послужу, а болезнь твоя и слово сие да обратится на главу твою, и на верх твой хула твоя да взыдет в сем и в будущем веце» [2, т.2, с. 87].

Сразу и решительно браться за основное – собственные грехи горделивого самомнения или осуждения других. Таково оптимальное поведение при нашествии помыслов. Через самоукорение и неосуждение других, через смирение устраняется повод для помыслов. А что говорит враг, тем смущаться или беспокоиться не надо вообще. И если говорить ему что в ответ, то слова святого Иоанна Лествичника.

Молитвы об избавлении от хульных помыслов

Молитва первая:

Боже Превечный, сокровенных Свидетелю, испытуяй сердца и утробы, седяй на Херувимех и видяй бездны, разумеваяй помышления моя издалеча, Ты веси, яко ненавижду, не хощу и не соизволю нечистым, мерзким, хульным помышлениям, безстудне на мя нападающим, и молю Твою благость, запрети духу хульному, да отступит от мене; отжени мысли злыя, да не стужают ми, утиши волнение сердца моего, укроти бурю помыслов моих, посрами врага, смущающаго совесть мою, да не порадуется враг мой о мне; Тебе бо трепещут и трясутся противнии дуси, Тебе послушают всяческая, Тебе работна вся, Ты повели буре и волнению ума моего, да станет в тишину, да без сумнения и смущения поработаю Тебе, Господу моему, во вся дни живота моего. Аминь.

Молитва вторая:

Господи! Зриши мою скорбь, зриши мою беду, зриши безстудие врага моего, яко люти и тяжце нападает на мя хульными помыслы, оскорбляя душу мою, опечаливая сердце мое, помрачая ум мой и смущая совесть мою; его же богохульнаго шептания и богомерзкаго во Уме моем глаголания толико ненавижду, яко первее умрети хотел бых, неже сия на Тя, Благаго Бога моего, помыслы хульные прияти и сим изволяти, яже враг мой во уме моем вещает, но за слабость мою тем противным, и богохульным, и богомерзким мыслем одолети и от себе я отгнати не могу без Твоея, Боже мой, помощи; естество бо мое страстно, ум мой непостоянен, сила моя немощна, супостат же мой крепок, и сила его превосходит моя силы; и аще не бы Ты, Господи, крепок и силен, был в людех Своих, то кто доволен цел сохранен быти от врага и человекоубийцы диавола?

Тем припадаю Ти, о Всемилостивый и Премилосердый, не хотяй отчаяния моего, Создателю Боже, и молю всесильную Твою помощь, порази на главу стужающаго ми врага, блесни молниею и раждени обышедшия мя супостаты, возсияй светлую в сердце моем благодати Твоея зарю, да отбежит от мене темный облак хульных находящих на мя мыслей, да в свете помощи Твоея узрю Тебе, Христа моего, просвещающаго всякаго человека, да в свете лица Твоего пойду и о имени Твоем возрадуюся во веки. Аминь.

Молитва третья, на беса хульного:

Да обратится болезнь твоя на главу твою, и на верх твой хула твоя да снидет, лукавый бесе и нечистый; аз бо Господу Богу моему кланяюся и Того никогдаже похулю. Како бы ми возможно Сему досадити или Его похулити, Егоже по вся дни и нощи, и часы славословлю и поклоняюся от всея души моея и крепости, и мысли моея? Но убо славословие мое есть, хула же твоя есть, ты узриши, о них-же Нань клевещеши и яко отступник на Бога глаголеши.

Молитва четвертая, запрещение дьяволу:

Запрещает ти, вселукавый душе, диаволе, Господь, пришедый в мир Пречистою и Святою Девою, воистинну Богородицею, на спасение миру нас деля, грешных. Проклят еси ты, и вся неприязненная твоя помышления, яже в нощи и во дни. Заклинаю тя именем Единосущныя и Неразделимыя Троицы, Отца и Сына, и Святаго Духа, отступи от мене, раба Божия (имя рек), не влагай в сердце мое помыслов неприязненных, но отыди в места пуста и безводная, идеже не присещает Господь. Заклинаю тя, нечистый и богохульный душе, именем Господа нашего Иисуса Христа, не блазнити, не смущати мя хульными помыслы, внегда творити ми молитвы моя ко Господу Богу моему, но да будут вся твоя хульная помышления на твою главу в день судный: аз бо Господу моему служу и Тому единому возсылаю молитву во дни и в нощи, тебе упраждняющу, мене же милующу и укрепляющу, и оставляющу ми за многую Его благость и милость вся прегрешения. Иди за мной, сатано, и проклят буди ты и вся неприязненная твоя и противная сила, яко благословися и прославися пречестное имя Отца и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Молитва пятая, к Пресвятой Богородице:

Пресвятая Владычице моя Богородица, святыми Твоими и всесильными мольбами отжени от мене, окаяннаго раба Твоего, уныние, забвение, неразумие, нерадение и вся скверная, лукавая и хульная помышления от окаяннаго моего сердца и от помраченнаго ума моего и погаси пламень страстей моих, яко нищ есмь и окаянен. Избави мя от многих и лютых воспоминаний и предприятий, и от всех действ злых свободи мя. Яко благословенна еси от всех родов и славится пречестное имя Твое во веки. Аминь.

Молитва шестая, к Богу:

В руце Твоего превеликаго милосердия, о Боже мой, вручаю душу и тело мое, чувства и глаголы моя, советы и помышления моя, дела моя и вся души и тела моего употребления, вход и исход мой, веру и жительство мое, течение и кончину живота моего, день же и час издыхания моего, преставление и упокоение, и воскресение души и тела моего со всеми святыми избранными Твоими. Ты же, Преблагий и Человеколюбивый Боже, приими мя в руце защищения Твоего и избави мя от всякаго зла; прости множество грехов моих, очисти оскверненную мою душу и тело и сохрани мя в крове милости Твоея во вся дни живота моего, яко да Твоею благодатию укрепляемый избавлюся от ловящих мя сетей вражиих и, Твоею благостынею в чувство приведен и на путь истиннаго покаяния наставлен, сподоблюся христианския кончины живота моего, безстрастныя, непостыдныя, мирныя и немятежныя от воздушных духов пришествия, и добраго ответа на Страшном Твоем Суде, и да сподоблен буду зрения неизреченныя Ти славы и слышания пресладкаго Твоего благословеннаго Ти гласа, и у Тебе, Бога моего, да получу жизнь и спасение. Аминь.

После этого говори псалом 26: «Господь – Просвещение мое и Спаситель мой..». Потом: «Достойно есть..». и отпуст.

Если можно будет, сотвори и поклонов по силе и, с Божией помощью, избавишься от хульных мыслей.

Если придет хульная мысль на Бога, читай: «Верую во единаго Бога…» – до конца. И если будет возможно, сотвори по силе несколько поклонов.

Если придет хульная мысль на пречистые Тайны Христовы, читай «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистину Христос…» – до конца, и сделай поклон.

Если придет хульная мысль на Пречистую Богородицу, то читай какую-либо молитву к Пречистой Богородице: или «Под Твое благоутробие», или «Богородице Дево, радуйся», или какой-либо тропарь Богородичный, с поклонами, говоря: «Пресвятая Богородице, спаси мя, грешнаго».

Если придет хульная мысль на какого-либо святого, читай: «Моли Бога о мне, грешном, святый (имярек), яко аз по Бозе к тебе прибегаю, скорому помощнику и молитвеннику о душе моей». И сотвори по силе поклоны, говоря: «Святой (имярек), моли Бога о мне, грешном».

Если придет хульная мысль на какую-либо икону, сотвори пред той иконой поклонов 15 или сколько можешь, молясь тому, кто изображен на этой иконе, и таким образом ты с Божией помощью ни во что обратишь хульные мысли. Аминь.

Как же выстраивается, согласно старцам, линия обороны от душевредных помыслов? Она начинается с некоторого общего уяснения нами ситуации. Преп. Макарий объясняет:

Помыслы стужающие и безпокоящие имеют многое различие: прилог, или приражение помысла, не имеет греха, но есть искус нашего самовластия, к чему оное преклоняется – к ним ли, или к сопротивлению им, а когда бывает сосложение и сочетание с оными страстьми, считается грехом и подлежит покаянию. Не в силах будучи самим противиться оным, должно прибегать к Богу, повергать свою немощь и просить Его помощи, просить и Матерь Божию о помощи на оные. Когда кто одолеваем бывает помыслами, то это знак, что предварила гордость, а потому надобно через оные более смиряться [2, т.2, с. 66].

Как следует из приведенного наставления, нужно обратить внимание на следующее:

Первое соприкосновение с помыслом называется прилогом или приражением помысла. Враг «прикладывает» или «приражает» помысл определенного греховного или неудобопроизносимого содержания в надежде на его принятие человеком. Однако сам по себе контакт с этим помыслом, который вне нашего контроля, нашим грехом не является. По сути, он – искус нашего самовластия. Т.е. значение имеет не то, что помысл появился, а то, как на него человек реагирует – отвергает ли, сопротивляется, или пропускает в сознание для дальнейшего рассмотрения (собеседования с помыслом).

Если помысл прошел в сознание, рассматривается и анализируется нами, то произошло «сочетание». Ум принял помысл, а враг получил площадку для дальнейших действий. Ближайшая цель врага – превратить сочетание в «сосложение», т.е. добиться согласия человека с помыслом. На основе такого согласия помысл превращается в пленение и страсть – греховные состояния души, выливающиеся и в греховные действия. В сочетании и сосложении уже есть грех человека. Он проявляется в согласии допустить помысл к рассмотрению при сочетании, и в согласии с самим греховным содержанием помысла при сосложении. Эти грехи подлежат покаянию.

Чем глубже проник помысл в душу, тем труднее от него освободиться и тем более греховные последствия он имеет. Поэтому при первых признаках немощи, т.е. неспособности одолеть помысл и избавиться от него, следует прибегать к Богу, исповедовать Ему свою немощь и просить помощи. Также нужно просить помощи и у Божией Матери. При этом частая подверженность помыслам и трудность освобождения от них нам указывают на неслучайность мысленной брани. Наша гордость приводит к тому, что Бог попускает приближаться к нам тем, кто имеет этот грех в избытке – бесам, и мы видим, кому мы через нашу гордость уподобляемся. Поэтому покаяние и просьбы к Богу и Божией Матери о помощи должны сопровождаться нашим радением о смирении, какового должно быть достаточно для одоления гордости.

Предлагаем ознакомиться:  Молитва матроне московской о сохранении беременности

Старцы советуют решительно вступать в борьбу на самой ранней стадии прилога, когда еще есть возможность победить самостоятельно. Преп. Макарий говорит:

Ты не понимаешь, как это: «побеждать и побеждаться от нас зависит»? А как же иначе? Приходит прилог какого помысла скверного; в твоей воле состоит принять оный или отвергнуть; когда сочетаешься с ним и сложишься, то уже пленилась и стала побеждена, а когда отвергла прилог, то победила;[2, т.2, с. 66].

Когда приходит прилог скверного помысла, еще в нашей воле принять его или отвергнуть. Если же принимаем, то и получаем свидетельство о том, что склоняемся перед относительно слабым действием врага, а потому и мало имеем надежды устоять перед более сильным.

В этой связи преп. Макарий учит:

Сопротивляйтесь первому прилогу мысленному, сокрушайте младенцы вавилонские, пока они еще младенцы, – молитвою и смирением, а когда возрастут, то уже будут исполинами и трудно им сопротивляться [2, т.2, с. 66 – 67].

Совет старца прост и логичен. Не стоит ждать, когда прилог произведет сочетание и сосложение, и набрав в этих последних силу создаст для нас сложную ситуацию. Ведь тогда придется уделять особое внимание борьбе с злой силой, которая уже начала действовать в нас, а сама эта борьба может оказаться трудной и длительной.

Гораздо разумнее отвергнуть помысл, когда он еще не пустил корни в душе человека, не начал забирать из нее соки, не окреп и может быть отброшен сравнительно легко. Лучшее средство борьбы в этом случае – молитва и смирение. По молитве мы можем получить помощь свыше для противодействия (отбрасывания) прилога, а смирением не позволить врагу зацепиться за гордость или иной наш грех, которые предательски вводят врага в наши души.

Простое правило, которым прежде всего надлежит руководствоваться, преп. Макарий сформулировал так:

…Не предавай самовластия твоего первомыслию прилогов, которые по сложению с ними возжигают сласть в теле [2, т.2, с. 80].

Как только прилог обнаружен, т.е. появившаяся мысль идентифицирована нами как плохая и вредная, так сразу же мы должны употребить свою волю для отказа иметь какое-либо дело с этим прилогом. Его нужно игнорировать, «пропускать мимо ушей» и т.д. Уловка врага заключается в том, чтобы мы все же втянулись, по неосторожности ли, из любопытства ли, или из приобретенной ранее (увы) склонности к греху в рассматривание прилога. И хотя субъективно мы можем иметь и благие намерения в этом случае, например намерение разобраться в содержании прилога и дать ему надлежащую оценку, все же это будет промахом с нашей стороны.

Ибо враг начнет убеждать нас в правильности прилога, искусно подбрасывая ложные, но не выявляемые нами немедленно как ложные, аргументы. А это значит что нам нужно будет рассматривать и эти аргументы, а потом и следующие – и все это время прилог будет внедряться в наше сознание, а враг искать наши слабые стороны чтобы добиться своего. Это «свое» заключается в том, чтобы мы в том или ином виде приняли бы прилог («сложились» с ним), в результате чего у врага появилось бы уже и орудие телесного воздействия на нас – сласть в нашем теле.

Преп. Антоний закрепляет это правило, указывая границу между тем, что мы не в состоянии предотвратить, и тем, чего мы уже можем избежать:

А что вы в домашней молитве своей, а иногда даже и в церковной, ощущаете разные мысли и разсеяние, то это бывает так иногда невольно, а иногда произвольно. Например, в Москве и Санкт-Петербурге почти безпрерывно проходят мимо окошек разносчики с разными мелочами и кричат: «купите, купите! продаю очень дешево». Чтобы не проходить им и не кричать, это не в нашей воле, а остановить их и вступить в разговор с ними и в разсматривание разносимых мелочей, это в нашей воле, и мы не без убытка бываем, когда купим у них что. Так должно разуметь и об мыслях. Чтобы они не приходили, это не в нашей воле, а разговаривать с ними в нашей, т.е. если усладимся нечистым воображением, от чего да сохранит нас Господь! [2, т.2, с. 68].

Ненужные мысли часто появляются без нашего согласия на них. Но это несогласие должно сохраняться, т.е. мы не должны «разговаривать с ними». Если же такой разговор все же происходит, то это означает, что нечистое содержание ненужных мыслей привлекло нас и мы услаждаемся таким содержанием и влечемся нечистым воображением. Но это и указывает на то, что наше несогласие сменилось на согласие, хотя бы мы и внутренне противились и укоряли себя за это. Старцы предлагают не давать врагу подобных лазеек и призывать Господа в помощь ради сохранения от этого соблазна.

Преп. Макарий показывает, к чему ведет уступка соблазну и призывает не поддаваться действию врага:

Ежели ж ты повинишься помыслам, влекущим тебя в мир и приносящим удовольствие от плотских наслаждений, то что безумнее этого? Будь уверена, что ни на малое время не получишь утешения, а томление и мучение совести всегдашнее обрящешь, когда же будешь противиться, то помощию Божиею и убежит от тебя враг [2, т.2, с. 80].

Помыслы зовут в мир плотских наслаждений, представляя его привлекательным. Но они скрывают то, что мир этот обманчив и не дает утешения. Удовольствия скоротечны, и это подталкивает человека к ненасытности, а через «зацикленность» на удовольствиях ослабляется и затрудняется все истинное в человеке. Томление и мучение совести будет постоянным сигналом о нерадении об истинном, и не будет спокойствия и утешения праведности. Поэтому надо сопротивляться помыслам и избегать участи, которой хочет для нас враг, и помощь Божия, если мы ее призываем, отгонит врага с его помыслами.

Борьба с помыслами делает человека духовно искуснее и мудрее. Преп. Анатолий (Зерцалов) говорит так:

Без помыслов не проживешь. Все равно как без навоза хлебушка не вырастишь. Премудрому они венец сплетают. Дай премудрому вину, и премудрший будет. А кто ими оплетается, тот пусть кается, возстает и спасается [2, т.2, с. 76].

И для имеющего навык ведение мысленной брани не бывает легким. Случается, что и такой человек пропускает прилог и вовлекается в тот или иной помысл. Но обнаруживает позже, с какой мыслью он имеет дело, и чувствует свою вину. Осознание вины побуждает его к большей бдительности, неотложно требует умения быстро распознавать и отражать даже тщательно замаскированные врагом прилоги. От такого опыта человек еще больше умудряется, а терпение и неподатливость греху «сплетают премудрому венец». Но и тем, кто менее искусен, кто «оплетается», т.е. запутывается в помыслах как в сетях, дан тот же самый путь: через покаяние восстать, избавиться от помыслов и спрятанного в них греха, и спасаться, держась веры и праведности.

Праведность, т.е. правильная и сильная жизнь, есть щит от помыслов и вызываемой ими тяготы. По грехам нашим мы бываем далеки от нее, потому и оплетаемся помыслами, ропщем и малодушничаем. Но и в этом состоянии нужно помнить сказанное преп. Анатолием (Зерцаловым):

А что помыслы мутят, и ропот, и малодушие, то это обычный плод неправильной и слабой жизни. Но придет час, и ныне есть, егда мертвии (т.е. духом) услышат глас Сына Божия и услышавши оживут, то есть Духом Святым [2, т.2, с. 69 – 70].

Неправильная и слабая жизнь! Как изменить ее к лучшему? Ответ дан: надо услышать голос Сына Божия и ожить Святым Духом. Все старческое учение направлено к пониманию и правильному исполнению заповедей, все в нем указывает через многий опыт на слышание голоса Божия без искажений, которые вызываются нерадением, ограниченностью и привычкой увлекаться внешним. Усвоение учения в его полноте и дает понимание, как неправильная и слабая жизнь может быть исправлена, сделана чище и сильнее. И в этом обновлении жизни отступают помыслы, ропот и малодушие.

Придти к такой жизни можно только через смирение, о чем напоминает преп. Амвросий :

…Сама сознаешься, что часто бываешь в борьбе с высокоумием. Блюди же за этим и отвергай гордые и всякие другие Богу противные помыслы. Все святые считали себя худшими всех, землею и пеплом, значит, если кто высокое о себе помышляет, тот не идет путем, указанным святыми отцами [2, т.1, с. 176].

Высокоумие – плод гордости человека, такое состояние ума, в котором ум постоянно упражняется в доказательствах превосходства над другими. Обычные проявления высокоумия: убежденность в собственной непогрешимости, вера в собственную исключительность, пренебрежительное отношение к способностям других и т.д. Святые противопоставляли высокоумию смиренномудрие, т.е. мышление, основанное на смирении. И если человек затруднялся следовать смиренномудрию, то это говорило и о его неспособности иди путем, указанным святыми отцами.

Преп. Амвросий замечает:

…Ты не можешь сознавать себя грешнее и хуже других. Чувство это явно горделивое, от которого и рождаются, и укрепляются хульные помыслы и хульные глаголы, как свидетельствует святой Лествичник, говоря: «корень хулы есть гордость». Если желаешь смирить себя, то помни всегда слово одного святого, глаголющего, что самая исправная жизнь человека-христианина подобна только купели, а заповеди Божии подобны неизмеримому морю, как глаголет псаломник Господу: заповедь твоя широка зело (Пс. 118, 96). Если сравнить великое море с малою кадочкою воды, то и нечем возноситься будет возносящемуся [2, т.2, с. 88].

Гордость мешает нам признавать себя хуже других, мешает принять смирение, в котором гаснут недовольство, раздражительность, гневливость и другие греховные наклонности. Напротив, в горделивом расположении человека эти наклонности получают простор для развития. Гордый человек отягощен постоянными помыслами осуждения других, он мысленно и вслух ругает других, полагая себя во всем более осведомленным.

Если человек не закоснел в гордости, т.е. не утратил способность замечать ее в себе и сожалеть об этом, то он рано или поздно захочет смириться. Смиряющимся старец советует помнить о том, что самые лучшие наши дела и самая исправная жизнь всего лишь капля в неизмеримом море добра, которое заключают в себе заповеди Божии. Ощущение этой разности масштабов, несоизмеримости того, что делаем мы, и того, что подразумевают заповеди, и смиряет нас.

Проходя школу смирения, нам надо учиться не смущаться и не унывать от разных неудобств, причиняемых помыслами. Преп. Антоний говорит:

В рассуждении частого разговора вашего с помыслами своими также не должно смущаться вам и приходить в уныние, ибо помышления таковые, кажется мне, не больше, как сонная греза. Некоторые люди бредят только ночью в глубоком сне, а мы с вами грешные часто бредим и наяву… Врачевство на сие одно: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную и силою креста Твоего огради моя помышления от суетного и душевредного парения!.. [2, т.2, с. 67].

Если прилоги не удается сразу отразить и мы по немощи вступаем в разговоры с помыслами, то это становится и некоторым испытанием для нас. Помыслы привязываются к нам, начинают подавать разные поводы для сомнений, тревог, страхов, стыда и других малоприятных переживаний. Но и здесь надо не унывать и тоже применять правило игнорирования, как и в случае с прилогами. Помыслы надлежит рассматривать как сонную грезу, т.е. нечто иллюзорное, мимолетное, мало затрагивающее реальную жизнь человека. Чем меньше придается значения помыслам, тем больше они слабеют и в конце-концов оставляют человека. От навязчивых и тяжелых помыслов ограждает Господь. Ему и надо в таких случаях молиться.

Преп. Никон также отчетливо выражал эту линию:

Мимолетные мысли, к которым сердце не прилепляется, быстро проходят, как в калейдоскопе. Ум наш никогда не останавливается, всегда занят. Дурные мысли не надо считать своей неотъемлемой собственностью, они не от нашего естества. Не может один и тот же ум и славословить Бога, и хулить. На такие мысли не надо обращать внимание, надо выбрасывать их, как сор, как нечто постороннее. Если же какая-либо дурная мысль неотступно приходит на ум и сердце к ней прилепляется, сочувствует ей, тогда надо приложить все силы, чтобы выбросить ее с помощью молитвы Иисусовой и исповеданием старцу [2, т.2, с. 76].

Мысли, которым мы не уделяем особенного внимания, образуют своеобразный «фон» в нашем сознании. Они не становятся началом идей или практических замыслов, не притягивают другие мысли и не образуют с ними те или иные сочетания. Они мимолетны, и ум перебирает их, никогда не останавливаясь в своем занятии, но и не цепляясь ни за одну из них. Это свойство ума не привязываться к мыслям – полезно, ибо оно удерживает нас от обязательного рассматривания помыслов, если таковые пришли.

Среди мимолетных мыслей случаются и дурные, например, богохульные. Не нужно сильно смущаться или скорбеть по поводу таких мыслей – старец ясно указывает, что они не наши. А раз не наши, то и нечего беспокоиться, нужно лишь выбросить их из головы как мусор. И лишь в случае особой навязчивости, неотступности дурных мыслей следует освобождаться от них усилием воли, молитвой Иисусовой и исповедью старцу.

По поводу исповеди помыслов преп. Иларион замечает:

На вопрос твой, какие исповедовать надо помыслы. – Только те, которые борют душу, а о прочих много безпокоиться не надо, а то чрез это они будут более стужать [2, т.2, с. 70 – 71].

Предметом нашей заботы должны стать не всякие помыслы, но только те из них, которые борют душу. Прочие же помыслы надо игнорировать, не беспокоиться о них. Иначе наше внимание к таким помыслам усилит их, ибо враг, стоящий за ними, ободрится нашим вниманием и предпримет дополнительные усилия для внедрения помысла в наши души.

В этом особенность ситуации: чем меньше мы тревожимся и боимся помыслов, тем менее они способны принести нам вред. Ибо их вред проистекает из длительности воздействия помысла на наше сознание и силы такого воздействия. Поэтому чем более мы склонны рассматривать помысл как мимолетный и неважный, тем более он таковым (мимолетным и неважным) и становится. Но если тревожимся зря, многократно возвращаемся к нему – он набирает и длительность, и силу.

В общем, как сказал преп. Антоний:

Тревожные мысли – хуже всего, коих и должно опасаться всегда [2, т.2, с. 68].

Старцы, говоря о помыслах, наставляют осмотрительности и разумности нашего поведения при их нашествии. Следует ограничивать время контакта с прилогом, пользуясь способностью нашего ума непрерывно перебирать мысли, не задерживаясь на них. Это препятствует превращению прилога в сочетание и сосложение. Если сочетание все же произошло, полезно придерживаться все той тактики умаления значения помысла, пренебрегания им, чтобы хотя и через большее усилие, но все же освободиться от него. В более сложном случае, когда наступило грозящее страстью сосложение, надо молиться Господу о помощи и исповедовать грех.

Предлагаем ознакомиться:  Красные нити из Иерусалима как правильно завязать на запястье и какую молитву читать

Из «Лествицы». Степень 23

Ужасен корень гордости, от которого рождается невыразимый словами отросток хульных помыслов. Он многим доставил великое отчаяние и безнадежие. Эти прескверные мысли имеют обыкновение часто появляться во время самых святых собраний и хулить Господа в самый час освящения Тайн. Душа наша неповинна в них, и в этом мы убеждаемся из того, что не сама она вещает в мыслях эти хульные слова, но богоненавистный бес, который и с небес был свержен за то, что и там Господа хулил.

Этот прелестник часто и очень многих приводил в исступление ума, именно тех, которые безрассудно внимали его хулам и поддались скорби и печалям по своему неразумию. Там, где подобало смеяться над наносимым бесом хулением, они опечаливались и доставляли бесу радость тем, что вменяли себе в грех хульные мысли, которые на самом деле не только не являются грехом, но даже служат для несоизволяющих к умножению небесной награды за терпение.

Итак, пусть никто не считает себя повинным в хульных помыслах, ибо Господь – Сердцеведец, и знает, что хульные слова в нашем уме принадлежат не нам, но врагам нашим.

Когда мы становимся на молитву, это нечистые и невыразимые словами помыслы восстают, но по окончании молитвы тотчас уходят от нас, ибо не любят они иметь дело с теми, которые не борются с ними. Безбожные мысли не только хулят все Божественное, но вещают нам и некоторые срамнейшие и неподобные слова, чтобы мы или молитву оставили, или же отчаялись, однако нет нужды их слушать.

Многих неразумных хульные мысли уже отклонили от молитвы и отлучили от Божественных Таинств. У некоторых от них тела истаяли печалью, других постом удручили эти лукавые и бесплотные томители, но никто из них не получил облегчения. Так случалось не только с теми, кто живет в миру, но и с теми, которые проводят иноческую жизнь; и все они не только не получили спасения, но оказались более окаянными, чем неверные и язычники.

Итак, да не слушает их никто, ибо послушавший их прельстится и станет предметом поругания для врага. Кто хочет избавиться от хульных мыслей, которые его угнетают, пусть твердо знает, что не душа его повинна в этих мыслях, но нечистый бес, который некогда сказал Господу: «Все это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне» (Мф. 4,9). Так и мы, уничтожая его и презирая наносимые им хульные мысли, скажем ему: «Отойди от Меня, сатана»; Господу Богу моему поклонюсь и Ему единому послужу (см. Мф. 4, 10), тебе же – никогда, и пусть болезнь твоя обратится на главу твою, и на тебя сойдет хула твоя в нынешний и будущий век. Аминь».

Кто думает бороться с хульными мыслями иначе, чем это изображено выше, тот подобен человеку, который хочет молнию схватить своими руками. Ибо как он может уловить их и бороться с ними, когда они мелькают в сердце подобно ветру, и лишь только он скажет слово, они уже бесследно исчезают? Все силы его стоят, напрягаются и медлят, и бесплодно пропадает время, а помыслы хульные никогда не медлят: они внезапно появляются и внезапно исчезают.

Бес обычно всячески старается навести таковые помыслы на простых и несведущих, которые больше всех смущаются и волнуются, не понимая, что в этом нет никакого греха. Эти несведущие страдают не от своей гордости, но от бесовской зависти и своего невежества. Не будем же осуждать ближнего и да не устрашимся хульных помыслов, ибо через первое мы станем повинны во втором.

Как затворенный в комнате слышит речи проходящих мимо и разговаривающих людей, а сам с ними не беседует, так и душа, пребывая сама в себе, слышит бесовские хулы, которые они, проходя мимо, вещают к ней помыслами, но если она не внимает им, не печется о них и не беседует с ними, тогда пребудет без сомнений. Тот же, который исхитряется бороться с ними до конца, будет подвластен им, ибо хотящий уловить слова хульных духов подобен хотящему затворить ветры в комнате.

Один монах, угнетаемый этим бесом, то есть хульными помыслами, до двадцати лет изнурял свою плоть постом и бдением, но потом, не ощущая никакого успеха, пошел к некоему великому среди отцов святому мужу и, описав на хартии страсти хульных помыслов, отдал ее в руки святому, а сам пал к его ногам и, лежа лицом на земле, не смел взглянуть на того святого мужа. Отец, прочтя написанное, улыбнулся и, подняв брата, сказал ему: «Возложи, чадо, руку твою на шею мою»; и когда брат это сделал, великий муж сказал: «Да будут на моей шее, брат, эти твои грехи помыслов хульных, которые ты считаешь грехами, но которые – ничто, и поэтому больше не смущайся о них, не скорби и не считай их за грехи, ибо они, поистине, только прелесть бесовская, которая смущает неразумных». И почувствовал тот монах, что бесследно исчезли страсти хульные еще прежде, чем он вышел из кельи старца.

Из «Патерика». Слово 12

Брат спросил некоего старца о хульных помыслах, говоря: «Опечалена, отче, душа моя лукавым бесом хульным, но сотвори милость, скажи мне, откуда появляются хульные помыслы и что мне делать?»

Старец ответил: «Хульный помысл происходит от оклеветания, от укора и осуждения, от лености и своеволия, и от гордости. Вот откуда появляются в мыслях хулы. Если человек не сопротивляется им смирением и уничижением самого себя, то пребудет окаянная душа его в злобе, в бесе блудном или в исступлении ума».

Часто укорять себя пред Богом, смиряться, не осуждать – вот что сильно для отгнания хульных помыслов.

Из «Провещаний отеческих»

Некий брат, угнетаемый духом хульным, стыдился исповедаться. Всюду, где слышал о великих старцах, он шел к ним, чтобы исповедать свои хульные мысли, но когда приходил, стыд возбранял ему исповедаться. Когда он стал часто приходить к авве Пимену, то старец прозрел, что он имеет некие помышления, и сказал ему: «Вот ты много раз приходишь ко мне с помыслами и снова со скорбью уносишь их с собой, не исповедав мне. Скажи же мне, чадо, что имеешь?»

Брат же со стыдом произнес: «Хульными мыслями враг смущает меня, и я стыжусь сознаться в этом». Как только произнес это брат, он тотчас ощутил отраду, и старец сказал ему: «Не печалься, чадо, об этом. Когда же придет к тебе хульный помысел, ты скажи: «Я не нуждаюсь в этой мысли, пусть хула твоя, дьявол, отныне на тебе пребудет, ибо помысла твоего не хочет душа моя». Ведь всякие мысли, которых душа не хочет, не долго медлят, но скоро исчезают, как дым». И так, брат, получив пользу, ушел, благодаря Бога за то, что Он через того старца научил его, как избавляться от хульных помыслов.

Из Жития блаженной Марии Лаодикийской

К папе Григорию в Риме пришел некий епископ исповедаться в том, что он объят тьмой хульных помыслов на Бога; скорбь об этом иссушила его плоть, и он уже впал в отчаяние. Услышав это, папа сказал ему: «Ты – епископ, и не знаешь козней бесовских! Ведь это исконный враг; когда он видит, что кто-то творит добро, и не может положить ему преткновения, чтобы он пал, тогда нападает на него помыслами хульными, чтобы смутить его совесть, расстроить ум, отторгнуть от добродетелей и низринуть в бездну отчаяния.

Ты же то разумей, что хульные помыслы – ничто и они никак не могут вредить тем, которые небрегут о них и не смущают ими своего сердца; и только тем они вредят, которые по малодушию и неведению считают их своим грехом и изнемогают от суетной скорби. И сбывается на них слово Давидово: «Там убоятся они страха, где нет страха» (Пс. 13, 5).

На одну малодушную и боязливую девицу восстал дьявол бурей хульных помышлений, говоря ей в уме непристойное на Бога, на все божественные вещи и на святые иконы, и так сильно смутил ее, что она уже начала думать, что и от веры отпала, и от Бога отторгнута, и уже ни для молитвы не хотела она отверзать уст своих, ни в храм Божий ходить, ни причащаться Святых Тайн.

Никто не мог отвести ее от такого сомнения и заблуждения, и она была приведена к блаженной Марии. Та, как премудрая и боговдохновенная, обратила ее от заблуждения своим прилежным попечением о ней, ибо много она подъяла труда, постясь о ней, наставляя и разнообразно уча ее, и объясняя, что дух хульный не вредит душе и не бывает грехом, когда душа не только не соизволяет хуле, но и ненавидит ее, и этой ненависти к хуле вполне достаточно для успокоения смущенного сердца.

Из особого рассуждения

Со многими людьми бывает такое искушение от духа хульного, когда, смущаемые хульными помыслами, они не знают, что им делать, и приходят в отчаяние, считая, что это их грех, и думая, что они сами виноваты в тех лютых и мерзких помыслах. Поэтому я хочу вспомнить немного и о них.

Помысл хульный – это искушение для богобоязливого человека и особенно смущает его тогда, когда он творит молитву или делает что-либо доброе.

Помыслы хульные не находят на человека, валяющегося в смертных грехах, нерадивого, не богобоязненного, ленивого и небрегущего о своем спасении, но на тех нападают, которые пребывают во исправленном житии, в трудах покаяния и в любви Божией.

Этим хульным искушением дьявол ведет человека к тому, чтобы устрашить его, и если он от иных грехов свободен, то чтобы возмутить его совесть; если он в покаянии, то чтобы прервать его покаяние; если же от добродетели восходит к добродетели, то чтобы остановить и низринуть его. Но если дьявол не преуспеет в том, то стремится хотя бы оскорбить и смутить его. Однако умный пусть рассуждает.

1. Пусть не думает, что эти мысли принадлежат ему и от него самого происходят, но что они дьяволом наносятся, который есть их начало и изобретатель. Ибо как могут исходить от нашего сердца и воли те хулы, которые мы ненавидим, и скорее желали бы себе какой болезни более чем тех мыслей? В этом состоит истинное удостоверение, что не от нашего произволения рождаются хулы, потому что мы их не любим и не желаем.

2. Всякий угнетенный хульными помыслами пусть не вменяет их себе в грех, но считает их особым искушением, ибо чем больше кто будет вменять себе во грех хульные помыслы, тем более утешит своего врага дьявола, который над тем уже будет торжествовать, что этим совесть чью-либо смутил как будто каким грехом.

Если бы кто сидел связанный посреди богохульных людей, слышал их хульные речи на Бога, на Тайны Христовы, на Пречистую Богородицу и на всех святых и хотел бы убежать от них, чтобы не слышать их хульных речей, но не мог бы, потому что связан, и не мог бы даже ушей своих заткнуть от их хулы, – скажи мне, имел ли бы он какой грех от того, что нехотя слушает их хульные речи? Воистину не только не имел бы никакого греха, но и великой похвалы сподобился бы от Бога, потому что, будучи связан и не имея возможности убежать, он с тяжестью в душе слушал их богохульные слова.

Подобное бывает и с теми, которых дьявол угнетает хульными помыслами, когда они ни убежать от них не могут, ни избавиться от них, ни отрястись от духа хульного, который бесстыдно и беспрестанно наводит на них хульные помыслы, хотя они не хотят их, не любят и даже ненавидят их. Ведь не только никакого греха не будут они иметь от мыслей тех хульных, но и большую благодать заслуживают у Бога.

3. Нужно молить Господа Бога, чтобы Он удалил это искушение и отогнал духа хульного, а если этого не случится, то терпеть кротко и с благодарностью, помня, что не от гнева, но от благодати Божией попущено было такое искушение для того, чтобы мы оказались в нем терпеливыми и несмущенными. И апостол Павел терпел нечто подобное, когда говорил о пакостнике, данном ему, о котором он троекратно молился и просимого не получал, ибо услышал: «Довольно для тебя благодати Моей» (2Кор. 12, 9).

Некто из великих Отцов часто говорил про себя сие слово: «Не соизволяю, не соизволяю». И когда что-либо делал: ходил ли, или сидел, или работал, или читал, или молился, то многократно повторял сие слово: «Не соизволяю». Услышав это, ученик его спросил, говоря: «Скажи мне, авва, зачем ты часто говоришь это слово? Какая тайна слова сего?» Отец ответил: «Когда какой-либо злой помысл приходит в мой ум, и я ощущаю его, тогда говорю ему: «Не соизволяю на тебя», – и тотчас тот злой помысл убегает и пропадает без вести».

Всегда, когда страдаешь от духа хульного, как только найдут на тебя хульные и нечистые помыслы, ты легко можешь избавиться от них и отогнать их от себя сим словом: не соизволяю. Не соизволяю, дьявол, на твои хуления! Твои они, а не мои мерзости, я же на них не только не соизволяю, но и ненавижу их.

Достоблаженная Екатерина, по прозванию Сенейская, из города Сенны, была долгое время смущаема от бесов хульными и скверными помыслами, и когда явившийся ей Господь Иисус отогнал их, возопила к Нему: «Где Ты был доселе, о Сладчайший мой Иисусе?» Он ответил: «Я был в сердце твоем». Она же сказала: «Как же Ты мог быть там, когда сердце мое было исполнено скверными мыслями?» На это Господь ей ответил: «Потому разумей, что был Я в сердце твоем, что в тебе не было нисколько любви к нечистым мыслям, но ты усиленно старалась избавиться от них и, не будучи в состоянии, болезновала, и этим сотворила Мне место в сердце твоем».

Поэтому пусть никто не смущается и не отчаивается, имея наваждение от хульных помыслов, зная, что они нам более на пользу, чем на соблазн, а самим бесам на посрамление.

Оставьте комментарий

Adblock detector